RSS

Архив рубрики: Дневник

Записи пользователей блога

Худруку «Кремлвсёкого балета» посвятят вечер в Бахрушинском музее

 12 Апреля 2013

Театральный музей имени А.А. Бахрушина представляет юбилейный вечер известного балетмейстера, народного артиста России, лауреата премии Москвы, профессора Андрея Петрова. В 1990 году он создал театр «Кремлёвский балет», расположенный в помещении Государственного Кремлевского Дворца. В 2005 с народным артистом Российской Федерации Андрисом Лиепой стал художественным руководителем проекта «Русские сезоны XXI века». Вечер, посвященный 50-летию его творческой деятельности, состоится 15 апреля, в 19.00, в Лектории Основного здания ГЦТМ им. А.А. Бахрушина. В вечере принимают участие художники — Станислав Бенедиктов, Таир Салахов, Ольга Полянская и артисты театра — Наталья Балахничёва, Александра Тимофеева, Михаил Мартынюк, Михаил Евгенов и другие.

http://www.teatral-online.ru/news/9157/

 

Метки:

«Ленин» был и остается первым

Елена Сивонен

Ровно 55 лет назад состоялся спуск на воду первого в мире надводного судна с ядерной силовой установкой — легендарного атомохода «Ленин». Тогда многих беспокоил вопрос, как громада весом в 11 тысяч тонн пройдет эту процедуру, но ледокол не подвел. Он выдержал этот экзамен и все последующие. «Ленин» во всем был и остается первым.
Фантастическая мысль — поставить на службу человеку грозный атом — зарождалась в сверхглубокой секретности. Над воплощением идеи в жизнь работали сотни блестящих умов и золотых рук.

В 1959 году началась новая эра. Проводка караванов судов в Арктике перестала зависеть от капризов погоды. Уже в первую навигацию «Ленин» провел по Северному морскому пути 92 судна. И свыше 3,5 тысяч — за всю историю службы. Через 30 лет трудягу списали. Он навсегда попрощался с Арктикой. И стал беспрекословно ждать своей участи.
Спустя 55 лет сердечко атомного ледокола — судовая турбина еще работает. Хотя и в холостую. «Ленин» на вечном приколе. Но, как и положено ветерану, поныне величав. С виду и не скажешь, что уже пенсионер.

В 2009 году легендарный атомоход «Ленин» вышел на заслуженную пенсию. Но не остался забытым. Первый в мире российский атомный ледокол теперь музей. Его ежемесячно посещают порядка 3 тысяч мурманчан и гостей города.
В июле этого года «Ленин» принял стотысячного гостя. Подлинному хозяину Арктики есть что рассказать и показать посетителям. Разработан маршрут экскурсий. Пост энергетики живучести — родные стены главного механика атомохода «Ленин» Владимира Кондратьева.

Его жизнь тесно переплетена с жизнью ледокола. Отец проектировал на «Ленине» военные механизмы — взахлеб рассказывал о советском чуде. Вопрос «Где работать?» перед будущим механиком не стоял. Он отдал «Ленину» 20 лет. Когда атомоход списывали, неумело скрывал слезы. Тогда и думать не смел, что через 20 лет круг замкнется, и он снова поднимется на палубу любимого ледокола.
Владимир Кондратьев говорит: «Ледокол был кузницей кадров, через него прошло примерно 5 тысяч человек. И сейчас много действующих механиков, капитанов прошли школу ледокола «Ленин».

Сегодня экипаж ледокола — 29 человек. Все живут на судне. Круглосуточно обеспечивают деятельность атомохода. Продлевают ему жизнь.

Капитан атомохода «Ленин» Александр Баринов рассказал: «Ледоколы строятся, выходят в плавание и потихонечку, со временем, стареют, а наш, наоборот — молодеет и молодеет. Мы обновляем кое-что, делаем».

В планах переоборудовать палубу под серьезный проект — галерею атомного ледокольного флота. Но сначала атомоходная диспансеризация. Весной следующего года «Ленин» отправится в док. Ненадолго. Ведь он снова незаменимый. Снова первый, но теперь в статусе музея освоения Арктики.

05.12.2012

http://murman.rfn.ru/rnews.html?id=1006761&cid=7

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 07.12.2012 в Дневник

 

Метки: ,

Россия теряет грамотность

Работа над ошибками

Журнал «Огонёк», №45 (5254), 12.11.2012

140 лет назад из печати вышла первая «Азбука» Льва Толстого — так классик отечественной литературы хотел помочь в борьбе с неграмотностью в России. Сегодня эта проблема снова становится актуальной

До революции проблема грамотности, да и в целом уровня образования населения была в России очень острой: на 1897 год, по данным переписи, в стране насчитывалось всего около 21,1 процента грамотных людей. При этом на государственном уровне проблема не считалась первоочередной и была отдана на откуп общественности (тот же Лев Толстой не только написал знаменитую «Азбуку», но и открыл у себя в Ясной Поляне школу для крестьянских детей, где сам и преподавал). Ученые до сих пор спорят и о критериях грамотности, существовавших в те времена: так, если в Европе грамотным считался человек, умеющий читать и писать, то в Российской империи, по некоторым данным, нужно было просто читать по складам, а для новобранцев — уметь написать свою фамилию.

Для советской власти ликвидация неграмотности стала делом принципа, и уже к 1960-м неграмотных в России осталось всего несколько процентов (в память об этом действительно выдающемся достижении была даже учреждена международная премия имени Крупской). Что изменилось с тех пор? На днях ЮНЕСКО представило доклад, анализирующий ситуацию с грамотностью на планете. Хорошая новость: Россия пока идет в ногу с остальным миром. Если с 1985 по 1994 год в стране было 2 288 000 неграмотных взрослых старше 15 лет, то к 2010 году их число сократилось до 515 тысяч, а через 3 года, по прогнозам, упадет еще — до 432 тысяч, это менее 1 процента российского населения. Всего же число неграмотных взрослых на планете за последние 20 лет с лишним упало на 12 процентов, с 881 до 775 млн человек.

И все же эта, казалось бы, давно решенная проблема снова может стать для нас актуальной. Экспертов прежде всего беспокоит закрытие сельских школ — без них число неграмотных детей может вырасти (с 2005 по 2010 год в России их насчитывалось около 65 тысяч человек). Но дело не только в школах. Как отмечают специалисты, на язык влияют и миграционные процессы: не случайно в последнее время стали открываться школы для мигрантов, где их как раз учат читать и писать по-русски.

«С учетом мигрантов общий уровень грамотности в стране действительно может быть ниже,— уверен Михаил Рыжаков, директор Института содержания и методов обучения Российской академии образования.— Другой вопрос, что сегодня на эту проблему наконец обратили внимание. К примеру, наш институт недавно получил грант от Министерства образования на программу по изучению русского языка как государственного. Мы как раз и будем анализировать проблему обучения русскому языку мигрантов и членов их семей».

Впрочем, даже те россияне, которые умеют читать и писать, не всегда делают это грамотно. И дело не только в недостатках системы образования, на которые указывают тесты по международному стандарту PISA (Programme for International Student Assessment) — главному индикатору уровня образования в мире (если в 2000 году наша страна была на 27-м месте, то в 2009-м оказалась уже на 41-м http://wp.me/p1sYNE-225 ). Эксперты опасаются, что на грамотность населения, прежде всего в том, что касается языка, повлияли и новые технологии. К примеру, директор Института лингвистики РГГУ Максим Кронгауз сетует, что благодаря всевозможным компьютерным программам (например, автоматической проверке орфографии и пунктуации) люди расслабились: если раньше автор перепроверял написанное, то сегодня он окончательно доверился машине. В результате те же студенческие дипломы, по словам Кронгауза, написаны гораздо хуже. Забавная деталь — в наших текстах стало больше запятых, так как компьютер иногда ставит их даже там, где не надо. Как на грамотность повлиял интернет — тоже вопрос пока открытый. Лингвисты недоумевают: язык, на котором сейчас общаются во всемирной сети, письменный лишь формально, но на самом деле он… устный. Но есть и оптимисты, которые уверены, что в этой новой реальности мода на грамотность обязательно вернется. По словам руководителя популярного проекта «Тотальный диктант» (добровольная проверка грамотности, проводившаяся во многих городах России уже несколько раз) Ольги Ребковец, он стал так популярен именно потому, что люди сегодня публичны, пишут в интернете, а значит, и все ошибки на виду. Чем не повод поработать над ними?

Материал подготовил Кирилл Журенков

http://www.kommersant.ru/doc/2051104

 

Метки:

В поисках Митрича

Если бы нувориши ездили по музеям, они бы не понастроили таких безобразных домов, которые сейчас растут повсюду, как поганки», — считает директор усадьбы «Поленово» Наталья Грамолина.

20. августа 2012 — 11:35 | Автор: ТАТЬЯНА ФИЛИППОВА

Президент страны пообещал, что на содержание музеев из бюджета будет выделяться в четыре раза больше средств, чем прежде. На что потратят эти деньги государственные музеи, могут ли они сами зарабатывать и как бы преобразились музеи-усадьбы, если бы получили автономию? Об этом «Профиль» побеседовал с Натальей Грамолиной, директором музея-усадьбы «Поленово», вдовой внука художника Василия Поленова.

ПРОФИЛЬ: Наталья Николаевна, вы рады, что государство наше вспомнило о культуре, о которой, казалось, совсем позабыло? Такие бои идут вокруг культуры….

Грамолина: Когда бои вокруг культуры — это плохо, потому что культура, наоборот, должна объединять людей, вести к миру и согласию. А почему так получилось, что культура опять стала всем нужна, легко догадаться. Мы же утратили идеологию, которая у нас была одна, и поставили на деньги, желудок и прямую кишку. Но оказалось, что пока культуры нет, человек не наестся никогда. Я вспоминаю Федора Дмитриевича Поленова, который был председателем комиссии по культуре в расстрелянном парламенте и отстаивал при Ельцине право культуры на собственную строку в бюджете. Надо знать Федора Дмитриевича — это был человек с серьезным синдромом 1937 года, ему пойти и отстаивать что-то было очень сложно, и потому то, что он делал, было просто подвигом. Он все время твердил: «Дайте культуре 2% из бюджета, дайте, дайте». И Ельцин уже не выдержал и сказал: «Да уберите его на хрен! Нам сначала накормить народ надо!» На что Федя ему спокойно сказал: «Вы никогда не накормите народ, пока он не станет народом высокой культуры». И это правильно. Потом поставили на то, что тоже утратили, — на веру. Сделали ставку на православие, восстановление церкви. Но эта ставка себя тоже не оправдала, потому что государство многоконфессиональное, потому что традиции во многом утрачены, и потом, не надо забывать великолепную фразу, что кадры решают все. Откуда людей взять? Мы не можем во власть, которая столь соблазнительна, привлечь профессионалов, людей чистых, честных, стержневых. Естественно, и в церкви откуда взять?

ПРОФИЛЬ: С недавних пор советником президента по культуре стал директор яснополянского музея Владимир Толстой. Что с его помощью музейщики хотели бы получить от власти?

Грамолина: Во-первых, говоря словами профессора Преображенского, каждый из нас мечтает о той главной бумаге, которая была бы охранной грамотой. Чтобы все сторонние организации были выведены с музейной территории, чтобы земля вокруг не переводилась из сельскохозяйственного статуса в статус ИЖС — индивидуального жилищного строительства, — чтобы не было никаких поползновений на землю. Это первое. Второе — чтобы нам дали финансовую свободу и не душили огромным количеством отчетов. Третье — отменить в отношении музеев этот пресловутый 94-й закон, обязывающий музеи проводить тендеры на производство любого вида работ. Я не могу допустить в музей посторонних людей. На реставрацию я тоже не могу непроверенных людей пустить. А по закону о тендерах — обязана. Они могут назначить цену в десять раз меньшую, но у них нет специалистов. И когда ко мне потом приходят и шепчут: «Давайте договоримся, есть все хотят, мы их наймем, ваших же реставраторов…» — мне это не нужно.

ПРОФИЛЬ: Удивительно, что «Поленово» осталось семейным музеем. Как вышло, что директором усадьбы всегда был кто-то из Поленовых?

Грамолина: Все началось с Василия Дмитриевича Поленова, который сделал эту усадьбу на совершенно пустом месте. Он не выбрал красивое место и не «врисовал» туда дом. Он выбрал голый песчаный косогор, построил дом, посадил деревья — причем ему было 50 лет, и он понимал, что не увидит деревья большими. Но он знал, что у него есть сын, что будут внуки, правнуки и праправнуки, и они будут связаны с этой землей. И вот этот его взгляд в будущее и постоянный расчет на будущее был очень плодотворным. Сын его не мог уйти из этой усадьбы, хотя и получил очень приличное образование биолога в Московском университете. Потом — революция. Они просто остаются здесь, Поленов умирает, появляется могила на Беховском кладбище. Дмитрий Васильевич держит этот дом, чтобы ничего не пропало. Он женится на Анне Павловне, медсестре, которая ухаживала за его отцом (в первом браке, кстати, княгиня Вачнадзе), рождается сын Федор, он растет здесь. Жизнь другая не мыслилась — тут же родные могилы. В 1937-м Дмитрия Васильевича с Анной Павловной арестовывают, и маленький Федор Дмитриевич остается с бабкой, но в нем уже зреет мысль, что это место надо защищать. Проходит война — слава богу, немцев здесь не было, — Дмитрий Васильевич возвращается из лагерей, становится директором собственной усадьбы, его сын уходит на морскую службу. К 1960 году стало ясно, что Дмитрий Васильевич уже больше не может держать усадьбу, и тогда было принято решение демобилизовать Федора Дмитриевича, который был директором этого музея до 1990 года. Потом его избрали в Верховный Совет, директором стала я, его жена, у нас родилась дочь Наталья, вся жизнь которой была связана с этим домом. И опять-таки — куда деваться! Здесь родные могилы, здесь все. Поэтому Наталья Федоровна Поленова просто рождением своим была обречена на это место. Музей-усадьба — это память о том, как надо жить в России. Такой музей — это усадебный комплекс, в его центре — хорошо сделанный дом, построенный по уму, со вкусом, сомасштабный человеку. Если бы нувориши ездили по музеям, они бы не понастроили таких безобразных домов, которые сейчас растут повсюду, как поганки.

ПРОФИЛЬ: У них не было лучших примеров…

Грамолина: Но ведь примеры-то есть! В музеях-усадьбах собраны прекрасные коллекции произведений искусства, потому что они передавались из поколения в поколение. Музейные работники малыми средствами, но очень хорошо ведут хозяйство — в соответствии с традицией. Если раньше в усадьбе были лошадки — лошадки и есть, если раньше были леса — стараются поддерживать их в ухоженном состоянии. Тут бы, конечно, помочь музейщикам, рассказать людям об их опыте и образе жизни. Но почему-то нам всем приходится из последних сил защищать музейную землю и доказывать, что ее нужно беречь. Еще одна безусловная ценность — это, конечно, ландшафт, который сопутствует каждой усадьбе и каждому заповеднику. То, на что сейчас зарятся все кому ни лень. И опять это из-за отсутствия самодостаточности, потому что если к вам подходит человек и говорит, что он Хрен Обрывкин, это одно. А вот если он говорит: «У меня дача в Поленове!» или: «Я живу в Михайловском!», все думают: «Е-мое, вот это человек!» С Пушкиным на дружеской ноге…

ПРОФИЛЬ: За последние пару лет коттеджные поселки обступили Поленово плотно.

Грамолина: Да, ландшафт, который необходимо сохранять вокруг усадебного комплекса, стремительно исчезает. Опять возвращаюсь к Обрывкиным, которые хотят «прижаться». Идет лихой захват. Это надо остановить, иначе даже туристическим объектом музеи перестанут быть, потому что, если ты куда-то поехал, тебе хочется увидеть что-то красивое, из ряда вон выходящее. А если ты едешь, а вокруг тебя такой мегаполис из огромного количества этих маленьких одинаковых домиков, то настроения нет. У нас в Заокском районе коренного населения 30—35 тыс. человек. В летнее время, когда во все коттеджные поселки приезжают семьи, эта цифра удесятеряется. Цены на рынках выше, чем в Москве, я уж не говорю про Тулу. Не решена проблема вывоза мусора. Перебои с электричеством, с водой. Про канализацию не буду говорить. Каждый решает проблемы, как умеет. Это все неправильно. Нам нужно донести до президента, премьера и всех тех, кто обладает хоть какой-то властью, что музеи-заповедники — это конгломерат проблем. Если у меня на территории, например, 200 га леса — должно подключиться лесное министерство, если поля и луга — нужно включать музеи-заповедники в соответствующие программы. Это особо охраняемые территории, стоимость земли здесь совершенно иная, она несет в себе не только рыночную цену, но и еще какую-то нагрузку.

ПРОФИЛЬ: Наталья Николаевна, как бы вы преобразили усадьбу, если бы получили автономию от государства?

Грамолина: Если бы это произошло, то в Заокском районе с этой минуты не было бы построено ни одного коттеджа. То, что не продано, я бы обратила в гостевые домики, где могли бы остановиться люди, которые приезжают не только в музей «Поленово», но и в музей Болотова, и в музей Руднева в Савино, чтобы провести здесь очень хорошие дни. Потом, конечно, я бы убрала бывший пионерский лагерь Гидропроекта, который выкупил частник по фамилии Зимин… Я бы его убрала и восстановила там усадьбу Старое Бехово с домом священника, с домом причта, с воскресной школой, где можно было бы и почитать книги, и поговорить — все, что делала воскресная школа в обязательном порядке. Потом, конечно, я бы наняла людей, которые бы вычистили лес, входящий в заповедную зону, помогли бы восстановить поля… На одном несколько лугов я бы оставила, а на том, что между нами и Беховым, обязательно опять зацвел бы лен. Какое-то время это поле было сплошь голубым — говорят, это было необычайно красиво.

ПРОФИЛЬ: Гостиницу тоже не мешало бы, наверное, построить?

Грамолина: Да, на месте старого корпуса, который есть у меня, я бы сделала маленькую гостиничку в духе французского шале — небольшую, но хорошо привязанную к местности и в поленовском стиле. Обиходила бы источник, Громок. Обойдя всю Россию, нашла бы священника для беховской церкви — своего единомышленника, человека, который был бы влюблен в Поленово и помог бы людям… научиться уважению к самим себе. Потом я бы, конечно, восстановила дом лесника, мельницу, предварительно расчистив и восстановив поленовскую дамбу в устье Скнижки, которую он называл восьмым чудом света. Непременно восстановила бы поленовскую флотилию из восьми лодок и старую пристань. И нашла бы, тоже обойдя всю Россию, какого-нибудь Митрича, который жил бы на пристани в летнее время, ловил бы на удочку всяких лещей, обязательно мы с ним попивали бы пивко под этих лещиков копченых.
Также я бы сделала по тарусским лугам пешие экологические маршруты — это реликтовые луга, где растет огромное количество эндемиков, растений, которые встречаются только там.
Потом я бы купила автобус человек на двенадцать, чтобы можно было перевозить выставки, и дала бы возможность девчонкам своим поездить по другим усадьбам с известной долей комфорта. Также я бы многие картины переодела в хорошие рамы. Потом, конечно, я бы все электросети, которые проходят по заповеднику столбами, сняла, кабель убрала в землю. А под конец, когда я все это сделала бы, я бы вспомнила Чурлениса — «Сказку королей» — и накрыла бы все это большим стеклянным колпаком, сделала бы такую сферу. И здесь бы солнце вставало, когда надо…

ПРОФИЛЬ: Мне кажется, власти просто мечтают, что музеи так и будут жить — под стеклянным колпаком, сами будут себе на жизнь зарабатывать и к государству с просьбами не обращаться. Как вы считаете, это возможно?

Грамолина: Если действительно создать такой мир, люди будут готовы платить большие деньги, чтобы в нем побывать. А я вас буду водить по этому миру месяц, и вы не устанете. На мельнице можно молоть муку, а рядом будет маленькая пекаренка и маленький такой даже не трактирчик, а просто деревенский стол при мельнице, где вам предложат молоко с хлебом. Я должна восстановить старую поленовскую школу — она сейчас делается, но медленно и опять же без денег. Поленов открыл ее в 1911 году. Там будет детский творческий центр. А мне хочется и театральную студию, потому что в усадьбе всегда был театр. Я хочу балетный класс, хочу художественную студию.
И главное, чтобы никто меня не допекал глупыми бесконечными бумагами. Такое впечатление, что все время оправдываешься за то, что делаешь.

http://www.profile.ru/article/v-poiskakh-mitricha-71792

 

Метки: , ,

До 10 августа 2012 г. продлен набор документов на магистерскую программу «История художественной культуры и рынок искусства» НИУ-ВШЭ

О программе

Направление: 030600.68 «История»

Где читается: факультет истории совместно с Институтом искусств Sotheby’s

Форма обучения по программе – очная.

Магистерская программа рассчитана на студентов, стремящихся получить профессиональную подготовку по истории и историческим наукам, искусствознанию и системе знаний эксперта-профессионала на рынке предметов искусства. Программа учитывает положительный российский опыт подготовки специалистов, а также опыт институтов Курто и Варбурга, Гарвардского и Йельского университетов, Школы изящных искусств и Высшей школы социальных наук.

Уникальность и актуальность программы заключается в том, что она нацелена на подготовку экспертов-профессионалов, играющих сейчас важнейшую роль в функционировании рынка произведений искусства. Именно заключение эксперта является определяющим в экспозиционной деятельности современных музеев, государственных и частных галерей, при установлении стоимости произведения искусства и базируется на искусствоведческой и исторической научно-исследовательской работе, связанной с проведением экспертизы и получением рыночной информации.

В чтении лекционных курсов, таких как «Описание и анализ памятников искусства и культуры», «Правовые основы художественного рынка», «Техники живописи и скульптуры», «Искусство как предмет инвестирования», принимают участие известные в России и за рубежом специалисты В.В. Игошев, Т.Л. Карпова, Т.К. Мкртычев, Т.П. Петрова, О.Л. Свиблова, С.С. Степанова, Е.Б. Шарнова, научные сотрудники музеев и галерей, реставраторы высшей категории.

Развитие программы предполагает заключение соглашения с Институтом искусств Сотбис (Великобритания), согласно которому выпускники программы смогут получать двойные дипломы.

Правила приема. Проводятся следующие испытания:

  • конкурс портфолио;

  • английский язык (квалификационный экзамен – тестирование + аудирование).

Набор осуществляется на места с оплатой стоимости обучения на договорной основе.

19 июля 2012

Уникальная магистерская программа с образованием, соответствующим мировым стандартам, открыта для желающих быть профессионалами и первыми в своем деле!Приемная комиссия сообщает: до 10 августа 2012 г. продлен набор документов на магистерскую программу «История художественной культуры и рынок искусства»:Новости на доске объявлений: http://ma.hse.ru/Программа разработана совместно с Институтом искусств Сотбис (Лондон). Акцент делается на сочетании историко-теоретической подготовки с непосредственным контактом с артефактами, что позволит сформировать профессиональные навыки работы с определенными видами изобразительного и прикладного искусства. Особое внимание уделяется изучению экономических и правовых основ функционирования художественного рынка.
Об особенностях образования, необходимого для работы на российском арт-рынке, рассказал в своем интервью один из руководителей программы, гендиректор компании «Сотбис Россия и СНГ» М.А.Каменский
http://www.hse.ru/news/admission/48450241.html

Прием документов производится по 10 августа включительно! Вы успеете! И мы ждем Вас!Стоимость обучения в 2012-2013 учебном год — 200 000 руб.По желанию магистранта второй год обучения может пройти в Лондоне в Институте искусств Сотбис, с которым у НИУ ВШЭ заключено соглашение о сотрудничестве, предусматривающее реализацию совместной магистерской программы «История художественной культуры и рынок искусства» факультета истории НИУ ВШЭ и Института искусств Сотбис.Институт искусств Сотбис предоставляет широкий спектр возможностей для желающих магистрантов программы «История художественной культуры и рынок искусства» НИУ ВШЭ пройти обучение в Институте: от прослушивания отдельных курсов до обучения в Лондоне в течение месяца — семестра — года.http://hist.hse.ru/art/

 

Метки: ,

«Не думаю, что открытый конфликт между Мединским и Кулистиковым необходим»

21 июня 2012, 11:31 | Ярослав Тимофеев

Михаил Швыдкой — о спорных фильмах, недооцененной эстраде и чиновниках класса А

Театр мюзикла подвел итоги своего первого «полусезона»: 58 показов спектакля «Времена не выбирают» и 50 тыс. зрителей. И заодно анонсировал единственную премьеру сезона будущего: 16 ноября театр покажет нэпмановскую пьесу «Растратчики» с музыкой Максима Леонидова и с ним же в главной роли. Худрук театра Михаил Швыдкой рассказал, что в спонсорстве мюзикла с таким названием ему отказали несколько банков. Тем не менее, на премьеру он пригласит всех главных финансистов страны.

Разобравшись с итогами и планами, Михаил Ефимович дал эксклюзивное интервью обозревателю «Известий».

— Должностные обязанности худрука Театра мюзикла — это…?

— …Это то, что раньше могли назвать «художественный надзор», а сейчас назвали бы «креативный продюсер». Я отбираю литературу, встречаюсь с авторами, контролирую постановочный процесс, выстраиваю художественную стратегию театра. В первом нашем мюзикле я был еще и соавтором либретто, но это отдельная история.

— Как театр родился? К вам кто-то пришел или вы пришли к кому-то?

— Я очень давно хотел сделать нечто вроде ревю. Но работа то министром, то руководителем федерального агентства не позволяла возглавить театр: возник бы конфликт интересов. А теперь я дипломатический работник — служу в МИДе на должности спецпредставителя президента по международному культурному сотрудничеству. Так что руки развязаны. Сначала думал заняться отдельными проектами, но без постоянного здания ничего серьезного не получилось бы. Тогда мы с Давидом Смелянским (генеральный продюсер Театра мюзикла. — «Известия») пришли к руководству завода имени Хруничева, которому принадлежит ДК Горбунова, и договорились о партнерстве.

— Почему именно мюзикл? Вы действительно хотите посвятить этому жанру солидную часть своей жизни?

— Да. Я родился в Киргизии, но меньше чем через год переехал в Москву. Мы жили около театра «Эрмитаж». Помню деревянную сцену, на которой постоянно давали эстрадные концерты, ревю. Я полюбил эту музыку с детства. Меня всегда интересовало, что в 1920–1930-е годы в эстраде Америки и Советского Союза происходило одно и то же. Мелодии Дунаевского иногда не отличить от бродвейских. Еще более удивительно, что у нас расцвет происходил на фоне Большого террора, а в США — на фоне Великой депрессии. Мне кажется, что эстрада и ее возможности, в том числе социальные, сильно недооценены.

— Сегодня вы проговорились, что подумываете об экранизации своего мюзикла «Времена не выбирают». Режиссера уже нашли?

— Нет-нет, это еще нескоро. Сначала мы еще сезон поиграем его как мюзикл. А в 2014-м можно сделать кино. Я уже нашел сценаристку — молодую девушку Анну Матисон, она сейчас снимает четырехсерийный фильм про Гергиева. Кто знает, может она будет и режиссером моего фильма.

— Как вы знаете, на днях министр культуры Владимир Мединский направил открытое письмо гендиректору НТВ Владимиру Кулистикову с просьбой снять с эфира ленту «Служу Советскому Союзу». Как бы вы, будучи министром, поступили в такой ситуации?

— Лично я бы не стал писать открытых писем. Объясню по порядку. Наше знание о войне с годами расширяется и углубляется. Достаточно сравнить послевоенную прозу Виктора Некрасова с предсмертными произведениями Виктора Астафьева. Но есть действительно важные, священные даты, связанные с войной, и такой фильм как «Служу Советскому Союзу» стоило бы перенести на другой день, нежели 22 июня. Кстати, фильм довольно слабый.

— Вы посмотрели?

— Да, посмотрел в интернете. В нем есть такая, знаете, сериальная наивность. Ни в коем случае не хочу советовать что-либо министру, но я бы просто позвонил Кулистикову и поговорил с ним тет-а-тет. Не думаю, что открытый конфликт между Мединским и Кулистиковым — чиновниками, осознающими меру своей ответственности перед страной, — необходим. Все можно решить мирно, тем более когда речь идет о таком прогосударственном канале как НТВ.

— Незадолго до окончания министерских полномочий Александр Авдеев сказал, что среди молодых есть люди, которые справились бы с этой работой лучше него. В его словах чувствовалась некоторая усталость от деятельности на посту министра. Когда вы перестали быть чиновником класса А, вы чувствовали утомление?

— Вообще-то сейчас я тоже чиновник класса А, поскольку меня назначает лично президент. Нет, я не чувствовал утомления и вообще не устаю. Я работаю дипломатом, руковожу Театром мюзикла, премией «ТЭФИ», Высшей школой в МГУ, пишу колонки в различные газеты. Разве я похож на усталого человека? А вот в том, что поколения чиновников должны смениться, я совершенно убежден.

— Министры культуры в нашей стране достаточно регулярно меняются, каждый привносит нечто свое и уходит. Но если вы спросите людей искусства, расцвела ли за последние 20 лет наша культура, едва ли многие ответят положительно. Возможно ли вообще, чтобы за несколько лет какой-нибудь министр взял бы и возродил уже наконец русскую культуру?

— Русская культура не находится в прямой зависимости от работы Министерства культуры. Она жила и будет жить всегда при любых условиях. Но все же я с вами не соглашусь в том, что министр ничего не может сделать. Если бы в начале 2000-х не появились гранты для творческих коллективов, сейчас все лучшие артисты были бы за рубежом. В 1990-е годы самым важным было сохранить сеть культурных учреждений, и Владимир Егоров, у которого я работал замом, очень многое для этого сделал. В годы моего руководства нужно было спасти высококвалифицированные кадры, и мы бы их точно потеряли, если б не гранты. Сейчас самое главное — гуманизация человека через систему общего образования. Нужно думать не о 5 тыс. художественных школ, а о 130 тыс. школ общеобразовательных. О художественном и эстетическом воспитании всего народа. Иначе мы потеряем русскую публику.

http://izvestia.ru/news/528098

 

Метки:

В образовании — оптимизация, культура на очереди?

Высшее учебное поглощение

Вы поступаете в вуз, и вскоре он перестает существовать. Сегодня такое вполне может произойти не только с сомнительным коммерческим учреждением, но и с уважаемым университетом, гордящимся своей славной историей. Минобрнауки держит курс на укрупнение вузов. Оно не обходится без протестов преподавателей и студентов.

Журнал «Коммерсантъ Деньги», №24 (881), 18.06.2012

Гордый университет

В кабинете члена Общественной палаты Игоря Ковпака сидит представительный высокий мужчина. Перед ним пачка документов, он выглядит взволнованным и уставшим. Это Александр Вержанский, бывший главный ученый секретарь, завкафедрой Московского государственного горного университета (МГГУ). МГГУ по распоряжению Минобрнауки пытаются подчинить Московскому институту стали и сплавов (МИСиС), ректором которого до недавнего времени был новый министр образования Дмитрий Ливанов. Александр Вержанский протестовал против такого укрупнения как мог. В мае он сходил на круглый стол в Общественную палату, где как раз обсуждалась эта проблема. После этого круглого стола его уволили за прогул. Возможно, именно это стало последней каплей для недовольных студентов — 14 июня они вышли на митинг протеста неподалеку от своего вуза.

«Я до последнего момента надеялся, что обойдется без митингов, но так уж исторически сложилось, что наши студенты довольно независимы. Они готовы были перекрывать дороги. Лучше уж выпускать пар на санкционированных мероприятиях»,— оправдывается Вержанский, добавляя, что в советские времена Горный университет вообще называли Гордым за независимую позицию, в том числе за то, что в нем принимали на учебу и на работу детей врагов народа.

Теперь уволенный специалист обсуждает с членом Общественной палаты текущие дела. Все происходящее с его вузом он называет не иначе как рейдерским захватом.

Слияние поглощением

В январе 2012 года Минобрнауки на неопределенное время и без объяснения причин отменило процедуру выборов ректора вуза. После того как срок полномочий ректора истек, министерство назначило на эту должность Юрия Дмитрака. Коллектив учебного заведения ожидал, что процедура выборов будет возвращена. Этого не произошло. А в середине мая вышел приказ о реорганизации МГГУ. В последнюю неделю работы Фурсенко вышел приказ Минобрнауки N398 за его подписью о присоединении Московского государственного горного университета к НИТУ МИСиС в качестве структурного подразделения.

Тут надо заметить, что исторически это МИСиС можно считать бывшим структурным подразделением МГГУ. Вержанский говорит, что сейчас у двух вузов мало общего — ну кроме того, что они находятся в соседних зданиях в начале Ленинского проспекта.

«При принятии этого решения Минобрнауки не учитывало мнения ни академической общественности, ни трудового коллектива и ученого совета, ни его студентов»,— говорит уволенный сотрудник вуза.

Около 500 преподавателей и 2,5 тыс. студентов вуза подписали обращения в Генпрокуратуру и прокуратуру Москвы, а также президенту и министру с просьбой разобраться в ситуации, а главное, прекратить действие министерского приказа.

Их возмущает и то, что в приказе о присоединении МГГУ к МИСиСу много внимания уделено налоговым и имущественным процедурам и крайне мало — участникам образовательного процесса. Из семи страниц текста приказа лишь три маленьких пункта посвящены правам преподавателей и студентов, в остальной части документа оговариваются порядок слияния и обращения в налоговые органы, закрытие лицевых счетов, нотариальные действия и т. д.

«Я не против объединения. Но меня поражает пренебрежение, с которым обращаются с Горным университетом. Все говорят об интеграции, а в приказе мы видим: присоединить как структурное подразделение,— сказал на круглом столе декан факультета разработки рудных и нерудных месторождений МГГУ профессор Владислав Попов.— Вызывает удивление, как относятся к университету, дающему кадры для горнодобывающей отраслевой промышленности, когда у нас бюджет страны формируется на 50% от деятельности этих предприятий». Профессура опасается и того, что после слияния двух вузов произойдет сокращение бюджетных мест (о необходимости такого сокращения новый министр говорил в интервью «Российской газете»).

Член Общественной палаты Игорь Ковпак заметил, что, согласно приказу Минобрнауки, студенты МГГУ могут быть переведены в «объединенный вуз» с их согласия. «Что делать со студентами несогласными? Они будут отчислены или переведены насильно? В приказе этого не отражено»,— заметил он.

МГГУ готовит специалистов по пятилетней программе обучения, а МИСиС — бакалавров и магистров по четырех- и шестилетней программам. «Если в шахтах будут работать инженеры, окончившие четырехлетний бакалавриат, это автоматически приведет к увеличению числа смертей и профессиональных травм»,— говорит собеседник «Денег» из профессуры МГГУ.

На круглом столе в Общественной палате президент МИСиСа Юрий Карабасов убеждал, что институт не выступал за интеграцию вузов: «Я сразу хочу сказать, что Институт стали инициатором присоединения не был. Об этом мы заявляли ректору МГГУ. У нас хватает своих забот. Я не защищаю этот приказ Минобрнауки, мы готовы его выполнять. Я убежден, что мы можем добиться синергетического эффекта. Главное — сберечь горняков».

Желание как лучше

Представители МГГУ говорят, что жадные чиновники попросту соблазнились зданием МГГУ в центре Москвы. Дело в том, что по плану Минобрнауки МИСиС (а вместе с ним и поглощенный МГГУ) в скором времени будет перенесен в строящийся за городом комплекс — на базе МИСиСа планируется создать Национальный технологический университет. Сращивание науки и образования происходит по президентскому указу «О реализации пилотного проекта по созданию национальных исследовательских университетов» от 2009 года.

В январе этого года было подписано соглашение между правительством Московской области, Рособразованием, компанией «Масштаб» и МИСиСом о передаче вузу земельного участка под строительство университетского городка. Кампус будет располагаться в 3-5 км от МКАД по Калужскому шоссе. На площади 400 тыс. кв. м должны быть построены учебно-лабораторные корпуса, технопарк, бизнес-инкубатор, служебное жилье, социально-культурные сооружения и т. д. Строительство планируется завершить в 2017 году. В университетском комплексе сможет обучаться около 10 тыс. студентов. Строительство кампуса обойдется более чем в 10 млрд руб.

Стратегия министерства понятна. Еще старый министр образования Андрей Фурсенко взял курс на укрупнение вузов и создание на их базе научно-исследовательских центров. В 2010 году укрупнение вузов, особенно университетов, превращение колледжей в первую ступень высшего образования и ликвидация вузов со статусом академии стали основным вектором реформы, предусмотренной новым законом «Об образовании». По прогнозу Института развития образования Высшей школы экономики, количество вузов со статусом университета сократится не менее чем на 30%.

Новый министр Дмитрий Ливанов продолжает реализацию этой реформы. «Нужно консолидировать ресурсы, которые есть в образовании,— финансовые, имущественные и, самое главное, преподавательские,— заявил «РИА Новости» Ливанов.— Потому что квалифицированных преподавателей мало, их не хватает. Поэтому те объединительные проекты, которые будут (присоединение, реорганизация и т. д.), преследуют одну-единственную цель — улучшение условий обучения студентов, улучшение качества образования и повышение уровня научных исследований».

Научные здания

Идея с укрупнением вузов, возможно, и не настолько плоха и коррупционна, как считает возмущенная профессура МГГУ. Вопрос в том, как осуществляется этот процесс.

«Чиновникам следует научиться говорить на неприятные темы и обсуждать планируемые решения с заинтересованными сторонами»,— говорит Вержанский.

Авторитарный стиль принятия решений (как в случае с отменой выборов ректора) и отсутствие более полной информации о проекте загородного комплекса (в том числе о том, какой площадью в новом комплексе будет располагать бывший МГГУ) приводят к появлению диковинных версий происходящего. Один из представителей Горного университета сказал корреспонденту «Денег», что, по его мнению, слияние вузов инициировал член наблюдательного совета МИСиСа Аркадий Дворкович — мол, девелопер Сергей Полонский, хорошо знакомый с братом Аркадия Дворковича Михаилом, хочет построить на территории МГГУ новый бизнес-центр. При этом до сих пор нет информации о том, что именно произойдет со зданиями на Ленинском проспекте, кому они будут проданы и в какой срок. А вдруг Минобрнауки и правда хочет новый, более мощный центр вместо старых двух вузов — только и всего? Но в условиях непрозрачности принятия решений университетская общественность не готова выдать чиновникам кредит доверия.

Что-то похожее было год назад в Иркутске с Восточно-Сибирской государственной академией образования (ВСГАО), когда правительство области назначило ректором своего человека. Тогда профессура вуза тоже писала о захвате: «Циничное, неприкрытое игнорирование всех законодательных, нравственных и демократических норм больше походит не на стремление обеспечить работу главного вуза Иркутской области по подготовке педагогических кадров, а на его рейдерский захват с неизвестной нам целью». На иркутских интернет-форумах и в блогах распространялась версия о том, что мотивом для «рейдерского захвата» ВСГАО являются контроль за объектами недвижимости, находящимися на балансе педагогического учреждения, и контроль финансовых потоков вуза, которые составляют около 0,5 млрд руб. в год. В защиту вуза проходили митинги. В конце концов на региональном уровне разгорелся такой скандал, что выборы ректора пришлось вернуть.

Таких случаев немало по всей стране: про рейдерские захваты говорили в Челябинском государственном педагогическом университете и в Московском городском университете управления. В последнем случае и правда хозяйственная деятельность нового ректора началась как раз с попытки продать здание университета.

Анастасия Каримова

http://www.kommersant.ru/doc/1960081

 

Метки: ,