RSS

Как принцессы императрицами становятся

19 Окт

Екатерина II никогда не была в Вятке. Но Вятское наместничество учредила, Хлынов в Вятку переименовала, да и новая ветка Сибирского тракта, от Санкт-Петербурга в глубь России прораставшая екатерининскими березами, через Вятскую губернию проходила…

№155 от 12.10.2013

Так что выставка “Екатерина II. Путь к трону”  из Государственного исторического музея вполне логично оказалась в Вятском художественном музее в год 250-летия восшествия императрицы на российский престол…

Орден Белого орла, портрет с арапчонком, андреевский сервиз, наперсный крест императрицы, коронационные медали и трубившие восшествию на трон горны — глаза разбегаются от обилия экспонатов (более двухсот!), представленных на  выставке “Екатерина II. Путь к трону” в Вятском художественном музее. А автор ее, сотрудник Государственного исторического музея Елена Горохова, советует вернуться к началу экс­позиции — там впервые представлен оригинал жалованной грамоты участнику дворцового переворота, в результате которого на российский трон взошла Елизавета I. Так ведь и в завершающей части экспозиции аналогичный документ, в который уже рукой Екатерины II вписан Григорий Орлов, в 1762 году в одночасье ставший графом офицер лейб-гвардии Семеновского полка,  поучаствовавшего в возведении на трон Екатерины Алексеевны.
И все-таки выставка эта  не иллюстрация к истории переворотов, а скорее свидетельство поступательного движения во власть 14-летней принцессы Софьи Фредерики Августы Анхальт-Цербст­ской.  В Россию ее в 1744 году пригласила Елизавета Петровна, о правлении которой напоминают огромная карта Санкт-Петербурга времен царствования дочери Петра Великого, оригинальный портрет государыни и та самая жалованная грамота. Ни разу не экспонировавшиеся и специально для вятской выставки экспонатов из Государственного исторического музея отреставрированные портреты великого князя Петра Федоровича и  великой княгини Екатерины Алексеевны не случайно в центре экспозиции. Тут-то и завязывается узел: немецкую принцессу Софью приглашали в Россию не просто так, а с тем, чтобы она партию наследнику русского престола Петру Федоровичу составила.  Потому и, не откладывая дела в долгий ящик, крестили ее по православному обычаю под именем Екатерины Алексеевны, потому и спешно обвенчали в 1745 году с Петром Федоровичем, будущим императором Петром III. Удовлетворить любопытство тех, кто мало знает о Петре III, всего-то полгода на престоле побывшем, призваны в экспозиции несколько государевых портретов, штоф с его инициалами, указ “Божией милостью мы, Петр III, самодержец всероссийский и прочая, прочая, прочая…”, личные вещи, портрет фаворитки Елизаветы Воронцовой.

Это мало объясняет, почему внук Петра I  так мало поцарствовал, а имя его после  наступившей по невыясненным причинам смерти присваивали себе предводители различных крестьянских восстаний (до сорока пяти лже-Петров III насчитывалось в ту пору, и самым известным из них был Емельян Пугачев). Зато и не отвлекает от главной героини сюжета выставки. По портретам Екатерины II видно, как она возрастала, набираясь государственной мудрости у таких мастеров  дворцовых интриг, как Бестужев-Рюмин, Разумовский, — их портреты тоже представлены на выставке. Государственные мужи при орденах полны высоких раздумий о судьбах Отечества — стоит ли удивляться, что под их руководством невеста наследника русского престола, а потом и жена императора быстрее и лучше его  научилась русским реалиям. Да и другие учителя у нее были не промах — молва приписывает ей романы с гвардейским офицером С. Салтыковым, польским дипломатом С. Понятковским (впоследствии король Польши Станислав Август), тем же Г. Орловым, от связи с которым родился сын Алексей, получивший фамилию Бобринский…

Впрочем, оставим это для романов и фильмов. У такой художественно-исторической выставки, как “Екатерина II. Путь к трону”, другие задачи. Работая на них, портрет Алексея Бобринского, гравюры с видами Зимнего дворца, Троице-Сергиевой лавры и Эрмитажа в саду ее императорского величества  дворца в Царском Селе конца ХVIII века, свиток “Слоги добродетели” и графические листы, запечатлевшие миропомазание Екатерины II в Успенском соборе, торжественный обед в Грановитой палате и фейерверк в честь ее восшествия на трон создают портрет эпохи, подлинность которого подтверждают и подлинные экспонаты из Государственного исторического музея. Любила императрица охоту — вот вам охотничьи ружья той поры. Приняла православие — есть место в витринах и для дорогого наперсного креста, украшенного драгоценными камнями. Умела быть благодарной — жалованная грамота на имя Григория Орлова, ставшего графом офицера Семеновского полка, подтверждает это. А смачные подробности  — в романе Пикуля “Фаворит”, а романтичный ореол  — в фильмах про гардемаринов…

Вятский художественный музей связывают с Государственным историческим музеем долгие годы творческой дружбы. Из недавних совместных  проектов вспоминается выставка “Велико­светский портрет” — она гостила в Кирове в 2011 году  и только нынче достигла Екатеринбурга.
И для нынешней экспозиции, посвященной 250-летию восшествия на трон Екатерины II, Киров только третий город. Представляете, насколько мы впереди большинства российских музеев? Так что творческая дружба  — великое дело…

Николай ПЕРЕСТОРОНИН, «Вятский край»

http://www.vk-smi.ru/archiv/2013/oktyabr/155/kak-princzessyi-imperatriczami-stanovyatsya.htm

Реклама
 

Метки: ,

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: