RSS

Атеисты — вне закона?

25 Май

Текст: Михаил Швыдкой (доктор искусствоведения) 22.05.2013, 00:10

В минувшее воскресенье в Ульяновске был в музее И.А. Гончарова, который открыли к 200-летию писателя.

Музей замечательный, им занимаются удивительные, трепетные люди, что нередко среди музейных работников, особенно в провинции. Все они заслуживают не колонки, пусть и в уважаемой газете, но поэтической оды, как, впрочем, и сам дом Гончарова. Но ода — вовсе не газетный жанр, поэтому перейду к прозе жизни, с Гончаровым тем не менее связанной.

Как известно, после путешествия на фрегате «Паллада», которое по ряду причин так и не стало кругосветным, автор «Обыкновенной истории» и «Обломова» сменил место службы: вместо Департамента внешней торговли министерства финансов он занял место цензора, должность в российском обществе того времени не слишком любимую, но весьма уважаемую. В одном из залов гончаровского музея есть фотографии цензоров его эпохи: И.И. Лажечников, поэт и прозаик, автор исторических романов, самый знаменитый из которых — «Ледяной дом», служил в Петербургском цензурном комитете; Ф.И. Тютчев, автор великих поэтических откровений, пятнадцать лет был Председателем Комитета цензуры иностранной, то есть отвечал за все переводные тексты, выходящие в России; П.А. Вяземский, поэт, критик, государственный деятель, благоволивший И.А. Гончарову, его начальник в Департаменте внешней торговли, до 1858 года возглавлял цензурный комитет, который постоянно пытался усовершенствовать. Можно продолжить, — и поверьте мне, среди цензоров Российской империи мы найдем немало в высшей степени просвещенных, чутких к литературе и искусствам людей.

Когда я разглядывал эти портреты, мне вспомнился цензор журнала «Театр», который располагался в здании издательства «Искусство» напротив ГИТИСа, — мне приходилось ходить к нему, чтобы подписать журнал в печать. Разговаривать с ним было одно удовольствие — он был выпускником театроведческого факультета нашего вуза на поколение старше меня, лучше образованный и к тому же знающий конъюнктуру «текущего момента». Как правило, мои коллеги и я среди них, редко могли догадаться, что вырубит бдительная цензура, разговоры с цензорами не только подгоняли к инфаркту, но и доставляли определенное удовольствие.

Вспоминаю обо всем этом из чистого сострадания к тем, кому на долю выпадет правоприменение нового законодательства об оскорблении чувств верующих граждан РФ. Дело не в компромиссе инициаторов этого законопроекта, правозащитников и Общественной палаты, которые согласились ограничиться поправками к 148 статье Уголовного кодекса. Дело в самой сути этих поправок, которые придется толковать правоприменителям, то есть следователям, судьям, прокурорам и адвокатам. Они — при всем возможном к ним уважении — замучаются толковать эти поправки. Думаю, что и названные мною выше интеллектуалы и литераторы ХIХ века оказались бы в не менее сложном положении.

Не стану обсуждать весь текст предлагаемых поправок, позволю себе обратить внимание лишь на «публичное оскорбление религиозных убеждений и чувств граждан», — один этот пассаж тянет на то, чтобы запретить три четверти русской и мировой литературы, а также полностью запретить литературу советскую. Достаточно проанализировать с этой точки зрения «Мастера и Маргариту» М.А. Булгакова или «Двенадцать стульев» И. Ильфа и Е. Петрова, не говоря уже о стихотворениях В. Маяковского или О. Мандельштама. Темы богоборчества и смерти Бога — сквозная тема западной литературы конца ХIХ и ХХ веков, которая безукоризненно подходит для проведения показательных процессов в свете нового законодательства.

Издателям придется воздерживаться от публикации произведений Вольтера и Дидро, изымать из собраний сочинений Пушкина и Лермонтова сомнительные антицерковные и антирелигиозные пассажи. Поэзия вагантов, средневековых бродячих студентов и монахов, в которой они позволяли богохульства и пародировали церковную службу, станет библиографической редкостью… С большей частью современной литературы придется знакомиться в самиздате. …Мы еще не касались ни живописи, ни популярной культуры.

Но дело не только в художественном творчестве. Попробуем представить себе, что в философском или публицистическом диспуте кто-то из участников прилюдно станет отстаивать не религиозную, а атеистическую точку зрения. То есть скажет, что Бога (на всякий случай напишу это слово с большой буквы) нет. И те, кто верит в него, находятся за пределами современного научного знания. В данном случае я выбирал достаточно нейтральные выражения, не несущие никакой оскорбительной агрессии. Но публичное сомнение, а тем более отрицание бытия Бога само по себе способно оскорбить чувство верующих. То есть религиозная проповедь не нарушает правового поля, а антирелигиозная — находится за его пределами. Таким образом атеизм и, смею думать, агностицизм переместятся из публичного поля в подполье, в частную жизнь. Ибо даже академическая дискуссия на фундаментальные философско-религиозные темы является публичным актом.

После принятия поправок к 148 статье УК не стал бы писать подобных заметок, так как эти вполне робкие размышления — в случае принятия нового законодательства — безусловно подпадают под административное или уголовное преследование. Решение о котором будут принимать люди не слишком погруженные в тонкости философских и эстетических материй. Использую последний шанс — после вчерашнего обсуждения проекта поправок к действующему законодательству во втором чтении, они могут быть приняты Госдумой уже на этой неделе.

Поэтому на всякий случай еще раз подчеркну: никого не хотел оскорблять.

http://www.rg.ru/2013/05/22/shvydkoy.html

Реклама
 

Метки:

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: